Знаменательный год для Intel в России
Этот год Intel в России запомнится надолго. В 2004 году корпорация смогла вывести свою деятельность в России на новый уровень, открыв целых три исследовательских центра. То есть большой эксперимент 2000 года, когда была открыта нижегородская лаборатория Intel, закончился полным успехом. Доверие к российским специалистам внутри Intel сегодня очень высоко. Кстати, если раньше российские исследователи работали только в области программных разработок, то сегодня появились команды, занимающиеся аппаратным дизайном и серьёзной системной логикой. Немало тому способствовал и официальный переход команды академика Б.А. Бабаяна под крыло Intel. Хронологию событий вы можете отследить по нашим репортажам.
Открытие лаборатории в Новосибирске
Лаборатория в Нижнем Новгороде
Форум Intel для разработчиков в Москве’2004
Сегодня же мы будем говорить о том, что случилось 9 декабря, — а именно, об открытии московского исследовательского центра Intel (их ещё называют «сайтами»). Москва стала третьим и последним городом после Санкт-Петербурга и Новосибирска, где был открыт исследовательский центр в нынешнем году.
Стивен Чейз: в России создалась хорошая и сильная команда
Выступление Стивена Чейза, президента Intel в России, во многом повторяло речь на открытии новосибирской лаборатории. Стивен вновь подчеркнул уникальность перехода команды Б.А. Бабаяна — всё-таки это очень сильный и большой коллектив, и подобных прецедентов в мире немного.
Опять же, Стивен отметил, что хотелось бы видеть большую поддержку инноваций со стороны государства. Только продуманная правительственная политика может привести к росту экспорта ИТ-продукции нашей страны.
Конечно, Intel пытается найти в России таких технологических лидеров, как Б.А. Бабаян. Это важно для Intel, важно и для России.
Стивен Чейз рассказывает о том, как можно вернуть славу российской науке.
Стивен пояснил, что стратегия Intel заключается не в аутсорсинге (его доля относительно мала), а в приёме специалистов как полноправных служащих Intel. Такой подход позволяет обучать сотрудников в течение нескольких лет, чтобы специалисты поняли стратегию Intel и смогли играть в компании большую роль, чем прежде. Скажем, до июня 2004 года российские сотрудники получили больше 20 тысяч часов различных курсов, а за следующий год этот объём планируется удвоить. Да и отдел образования, как отметил Стивен, повышает своё качество.
Стивен рассказал, что в Intel уже есть продукты, которыми руководят специалисты из России. Для развития Intel в России важно, чтобы таких команд было как можно больше.
Конечно же, миссия Intel в России заключается не только в продаже процессоров и использовании труда наших специалистов. Intel проводит множество образовательных программ (скажем, те же «История успеха моих учеников», «Обучение для будущего» и «Виртуоз»). С 2005 года для студентов будет открыта программа Intel Learn, участники которой смогут развивать свои «digital skills» (как сказал Стивен).
Сегодня исследования и разработки, выполненные в России, работают уже в масштабе мировой корпорации Intel. Два-три года назад этого ещё нельзя было сказать, но сегодня — уже можно.
Стивен Чейз: «Мы гордимся тем, что Борис Арташесович первым в России и Европе получил звание Intel Fellow».
Стивен с гордостью напомнил, что Б.А. Бабаян первым в России и даже Европе получил звание Intel Fellow. Большая часть этого решении была принята в Америке, но и у российского Intel тоже спросили мнение. Стивен рассказал, как он с энтузиазмом создавал и отправлял рекомендательное письмо на Бориса Арташесовича, собрав отзывы немалого числа сотрудников.
Стивен был горд тем, что в России создалась очень хорошая и сильная команда, а также появился новый технологический лидер: «Я рад, что Б.А. Бабаян пришёл в Intel, и хочу поздравить его с получением звания Intel Fellow».
Олег Сютин: этапы долгого пути
Олег Сютин, содиректор московского Центра исследований и разработок Intel, рассказал об этапах развития научно-исследовательской деятельности в России. Как известно, официальное представительство Intel в России было открыто в 1992 году. В то же время в Москве был открыт офис поддержки разработок. До 2000 года группа сотрудников работала на контрактной основе, то есть ни одного сотрудника Intel в сфере R&D в стране не было. Но люди, работавшие над проектами, стали исполнять их на таком высоком уровне, что в 2000 году Intel рискнула и решила создать собственный научно-исследовательский центр в России — в Нижнем Новгороде. Объявив о создании такого центра, Крейг Барретт поставил новую цель: за 3-4 года довести число разработчиков в России до 1000 человек. Тогда в это мало кто верил, ведь центр ещё должен был доказать свою состоятельность. При этом возникали определённые проблемы и сложности из-за удалённости, новизны проектов и т.д.
Олег Сютин: «Крейг Барретт поставил цель за 3-4 года довести число разработчиков в России до 1000 человек».
Ключевую роль для перехода на следующий этап сыграли такие успешные проекты, как VTune, компиляторы Intel, IPP и MKL. Поэтому было принято решение о существенном расширении количества сотрудников, причём оно было оформлено в виде контрактов с компаниями «УниПро» и «Эльбрус». Немало тому способствовал фонд Intel Capital.
В рамках этого решения первым был открыт сайт в Санкт-Петербурге. Открытие произошло в июне, а официально сайт начала работать в конце июля. Число сотрудников составило около 60 инженеров. Руководителем центра стал Игорь Калошин.
Второй сайт был открыт в Новосибирске в августе. В его состав вошли 220 сотрудников, среди которых 4 доктора и 28 кандидатов наук (см. наш репортаж). Руководителем был назначен Иван Голосов.
Наконец, о третьем сайте было объявлено 9 декабря, хотя он начал работать ещё в августе. Его состав ещё больше: около 270 человек. В течение 1,5-2 лет в этот сайт будут приходить новые сотрудники, и их число будет ещё увеличиваться. В сфере ответственности этого сайта будут появляться и новые программы.
Итог таков: то, что было в Нижнем Новгороде и Сарове, сегодня дополнилось сайтами ещё в трёх городах России. Они помогут создать новый базис для дальнейшего роста и через 2-3 года перейти на следующий этап, когда новый коллектив покажет эффективность своей работы.
Камиль Исаев: впереди много работы
Камиль Исаев выделил три направления деятельности центра в Москве.
Второй содиректор московского Центра исследований и разработок Intel Камиль Исаев выделил три главных направления деятельности. Первое — в стране появился центр дизайна микропроцессоров Intel, что, безусловно, является принципиальным шагом вперёд. Этот центр работает над «manageability», то есть процессор должен существенно увеличить функциональность платформ. Второе — в области ПО. Здесь существенно расширены работы по созданию 64-битных компиляторов и оптимизации для 64-битных платформ. Третье направление касается создания ПО для дизайна, а именно, различных систем САПР. Вообще, в Intel над этим направлением работает около 500 человек, и около 40 из них — в Москве. Три направления будут в дальнейшем развиваться, по мере того, как новые люди будут присоединяться к коллективу московского сайта. Спектр деятельности тоже планируется расширить.
Мунтаким Чоудхури: кадры решают всё
Третий содиректор московского Центра исследований и разработок Intel Мунтаким Чоудхури высоко оценил кадровый состав московского сайта. Как пошутил (а может, и нет) Мунтаким, в сайте можно открывать хоть свой учёный совет по защите диссертаций. Действительно, в центре работают 3 лауреата Ленинской и 5 лауреатов Государственных премий, 1 член-корреспондент РАН, 8 докторов, более 50 кандидатов наук. Сотрудники являются авторами более 70 изобретений и патентов, в том числе и зарубежных. То есть коллектив центра удачно сочетает молодость и опыт. В среднем, стаж работы сотрудников в сфере ИТ составляет больше 15 лет, причём в коллективе много выпускников «физтеха», с которыми «Эльбрус» тесно сотрудничал последние десять лет. Эта часть наследства «Эльбруса» рассматривается как важный элемент, который позволит обеспечить успех российского отделения Intel в будущем. Сейчас планируется расширить сотрудничество с вузами, затронув МИФИ, «бауманку», МГУ и ряд других ведущих вузов.
Как отметил Мунтаким, наличие связей в прошлые годы и наследство «Эльбруса» позволят успешно двигаться вперёд в этой области.
Борис Арташесович Бабаян: в центре положительных явлений
Борис Арташесович Бабаян поблагодарил Intel за присвоение столь почётного звания. Напомним, что званием Intel Fellow обладают чуть больше 40 человек, и подавляющее большинство из них проживает в Штатах. Борис Арташесович стал первым в России и Европе, кто получил звание Intel Fellow. Б.А. Бабаян поблагодарил за поддержку многих людей и даже тех, кого он не знает лично, поскольку многие отзывы были анонимные.
Объединение усилий двух коллективов — событие очень важное. Intel здесь, конечно, гигант, но и коллектив Б.А. Бабаяна — довольно сильная команда.
Как справедливо отметил Борис Арташесович, его коллектив появился в конце 50-х годов, на десять лет раньше корпорации Intel. Так что опыта коллектив собрал немало. Конечно, тогда были совсем другие условия, но работать в то время было отнюдь неплохо — государство предоставляло много ресурсов. И коллектив успел сделать довольно много, причём многие технические нововведения были сделаны раньше западных разработок. В качестве примера Борис Арташесович привёл логику быстрого выполнения арифметических операций, которой он занимался лично. Кроме того, коллектив Б.А. Бабаяна создал первый суперскаляр на 14 лет раньше западного варианта. Потом была реализована технология двоичной компиляции, а также технология борьбы с вирусами. И это — лишь немногие примеры. В общем, как видим, вклад в ИТ был внесён немалый.
Борис Арташесович Бабаян: «Область деятельности нашего коллектива на 100% совпадает с Intel».
В то же время, Intel является мировым лидером, немало сделавшим для развития вычислительной техники в мире. Нельзя забывать, что большинство машин в мире основаны на процессорах Intel. Корпорация продолжает двигаться семимильными шагами, обеспечивая совершенствование ИТ во всём мире. И объединение коллективов — ведущий коллектив в бывшем СССР с лучшим мировым — здесь смотрится довольно логично.
Конечно, в начале объединения возникали всякие опасения. Но дело в том, что область деятельности коллектива Б.А. Бабаяна на 100% совпадает с Intel: это и область архитектуры, и системной информатики. Разве что современных фабрик в России нет. Работать начали сразу же, взяв под свою ответственность серьёзные самостоятельные крупные проекты. И даже за первые месяцы был получен очень хороший результат.
Далее Борис Арташесович постарался провести анализ объединения с Intel. Переоценить объединение очень трудно. Начнём с того, что это практически единственный вариант, который даёт возможность коллективу Б.А. Бабаяна продолжить творческую деятельность. Если в СССР коллектив делал реальные вещи, вычислительную технику, востребованную обществом, то сейчас единственный способ дальнейшего развития заключается в объединении с такими компаниями, как Intel. Кроме того, объединение позволяет повысить уровень сотрудников. Они работают с новыми технологиями, привнося, конечно, и свои. Для коллектива подобный шаг очень хорош и с точки зрения возможности расширения. Да и финансовую сторону вряд ли стоит забывать — в Intel платят гораздо лучше.
Для Intel важно то, что квалифицированный коллектив вольёт свои усилия в деятельность компании. Intel получила и квалифицированных специалистов, и технологии, которые можно будет внедрять в рамках деятельности компании.
В безусловном выигрыше оказывается и российская наука. Прежде всего, здесь следует отметить признание важной роли российских научных исследований. «Да и звание Intel Fellow — это тоже серьёзное признание, причём не только моей, но и всей нашей научной деятельности», — отметил Борис Арташесович.
Второй момент — привнесение в Россию новых технологий. Здесь Борис Арташесович вспомнил, как поднимались Южная Корея, Китай, Япония. Первым важным условием было внести в страну технологии. Конечно, можно всё начинать с самого начала, но если есть мощность изобретать, то лучше отталкиваться от достигнутого уровня, а не делать всё с нуля. Так что внесение технологий — важнейший компонент. И команда Б.А. Бабаяна — один из активнейших участников этого процесса.
Важно не только прекратить «утечку мозгов», но, наоборот, привлечь в Россию специалистов. В коллективе Б.А. Бабаяна люди получают настолько хорошее образование, которого вряд ли где можно достичь. Поэтому и желающих влиться в коллектив немало.
Кроме того, в Россию увеличиваются инвестиции. Ведь Intel в России платит налоги, так что деньги приходят в Россию.
В конце выступления Борис Арташесович сказал: «Я рад, что коллектив оказался в центре весьма положительных явлений».
Вопросы журналистов
После выступления настал черёд вопросов и ответов. Мы приводим наиболее интересные из них.
Вопрос Б.А. Бабаяну: Когда вы последний раз получали бюджетные деньги? Работая в Intel, вы не можете или можете обслуживать госзаказы?
Ответ: У нас были госзаказы в предыдущей фирме, и благодаря правильной договорённости с Intel, мы выполним все наши обязательства по старым заказам. Так что этот переход в Intel весьма плавный, а не резкий.
Пройдёт 1,5-2 года, пока к работе в Intel подключатся остальные сотрудники. Но это не означает, что старая фирма прекратит работу. Просто в неё придут новые люди. Старая фирма, которая остаётся, может заниматься любой деятельностью. А что касается сотрудников Intel — то это уже вопрос к самой Intel.
Вопрос Б.А. Бабаяну: Вы работали с русскими людьми, в условиях рыночной экономики. А теперь — с американцами. Есть ли разница в подходе «нашего» человека и американца?
Ответ: У нас большой опыт работы с иностранцами. Мы уже давно работаем с SUN — контакты налажены с 1990 года, а официальное начало деятельности — 1992 год. Мы тогда были почти «советскими» людьми, и каково же было наше удивление после общения с иностранными техническими специалистами — они оказались такими же, как мы. Они тоже сидят до полуночи в офисе, они тоже энтузиасты своего дела.
Вопрос Б.А. Бабаяну: Кому принадлежит интеллектуальный вклад вашей компании, и кто им может распоряжаться?
Ответ: Всё, что было сделано в России, остаётся принадлежать заказчикам. Из того, что мы делали за свои деньги, мы лицензировали часть собственности Intel. Всё, что мы будем делать для Intel, будет принадлежать Intel.
Вопрос Б.А. Бабаяну: В чём разница во взаимодействии Sun и Intel?
Ответ: Sun после 1995 года не вела работ с нами в аппаратной сфере, а ведь это наше основное призвание. Поэтому сейчас мы получили возможность работать в той области, которой мы посвятили своё прошлое: архитектура и системная математика.
